Москва

Москва всегда привлекала иностранцев и в том числе немцев. Созданные маршруты ставят задачу познакомить москвичей и гостей столицы с теми местами в городе, история которых так или иначе связана с людьми, в чьей родословной прослеживаются немецкие корни. Это были архитекторы и ученые, литераторы и педагоги, медики и художники, банкиры и промышленники, предприниматели и купцы… В любой сфере они трудились высокопрофессионально и по-немецки обстоятельно, вкладывая душу и время в свое дело.

Большинство из них приняли российское гражданство, сохраняли немецкие традиции, но воспитывали в своих детях любовь и уважение к новой Родине. Их деяния не пропали даром – отечественная история хранит сотни имен знаменитых немцев, и выросло уже не одно поколение россиян, которые искренне считают этих людей русскими. Братья Фонвизины, В.К. Кюхельбекер, С.Ю. Витте, К.П. Брюллов, Ф.О. Шехтель, В.А. Коссов, А.А. Блок, М.И. Цветаева… Этот список можно продолжать долго… Даже поэт Александр Сергеевич Пушкин – «наше всё» – по материнской линии имел немецкие корни. Пользуясь данным приложением, можно совершить удивительную прогулку по улицам и переулкам Москвы, прикоснуться к истории, взглянуть на привычное под иным углом.

Краткая историческая справка о представителях немецкой национальности в Москве в разные времена

Иностранцы стали активно селиться в Москве еще в XV веке, когда князь Иван III, известный в народе как Иван Великий, присоединил Новгород к Московскому княжеству и полностью освободил Московское государство от ордынской зависимости. В это же время он пригласил из Европы различных высококлассных специалистов: строителей, оружейников, технических советников, корабелов, агрономов, ювелиров, мастеров токарного, часового и переплетного дела, живописцев и просвещенных людей, сведущих в науках. Тогда московские жители существенно отставали от них в силу долголетней зависимости от Золотой Орды.

Немецкая слобода в Замоскворечье. Дело отца по привлечению иностранцев в Московию продолжил его сын Василий III. Он пригласил около 1,5 тыс. человек иностранной пехоты, состоявшей преимущественно из немцев, и определил для них место поселения в Замоскворечье. По преданию, немцы здесь варили пиво и мед, и «стояли шатры, в коих наливали и отпускали вино». Иностранцы имели право пить в любое время года, а москвичи - только в определенные дни. Считается, что потому, что слово «налей» там было в большом ходу и появилось название «Наливки». Память об этом до сих пор сохранилась в названии 1-го и 2-го Спасоналивковских переулков в районе улицы Большая Полянка. В конце XVI века, в 1571 году, эта процветавшая слобода полностью сгорела при нашествии крымского хана Девлет-Гирея. Некий очевидец писал: «Татары зажгли город и пригороды. Все деревянные строения, какие там находились, были обращены в пепел, и я убежден, что Содом и Гоморра не были истреблены в столь короткое время…На расстоянии 20 миль в окружности погибло множество народа». Так прекратила свое существование первая известная в Москве обособленная Немецкая слобода.
О той слободе свидетельствует и самое первое в Москве иноверческое кладбище в районе Мытной улицы. В 1989 году при строительных работах на стадионе «Труд» обнаружили надгробную плиту Каспара Эльферфельда, который служил в опричнине Ивана Грозного. В ходе последних раскопок в этих местах при строительстве элитного жилого комплекса был обнаружен целый семейное захоронение известной прежде семьи Келлерманов.

Немецкая слобода на Болвановке. Еще одна Немецкая слобода образовалась во второй половине XVI века за рекой Яузой, на Болвановке, возле современной Таганской площади и Радищевских улиц. Это был период так называемого второго массового притока иностранцев в Москву (преимущественно из Германии), который пришелся на правление Ивана Грозного. Политика последнего характеризовалась завоевательными действиями, и в этом царю требовались знатоки военного искусства. С помощью немецких специалистов строились крепости и укрепления, велась подготовка взрывников и минеров. Немец Генрих Штаден писал: «По другую сторону Яузы на Болвановке живут все немецкие воинские люди, которыми Великий князь (Иван Грозный. – Прим. авт.) пользуется против крымского царя». Есть сведения о том, что успешный штурм Казани обеспечил царю знаменитый немецкий оружейник Фюльстерберг.

Жители этой слободы в большинстве своем были пленными военными, принятые на русскую воинскую службу специалистами по изготовлению пушек, литейщиками и инженерами. Посол из Венеции Франческо Тьеполо тогда писал: «Московиты по праздникам обучаются аркебузу (стрельбе из аркебузов. – Прим.авт.) по германским правилам и, став уже весьма опытны, изо дня в день совершенствуются во множестве этому делу». «Каменных свидетелей» этой слободы в виде надгробных плит с эпитафиями на немецком языке советские археологи нашли в районе церкви Николая Чудотворца на Болвановке возле метро «Таганская» в 1940-е годы. Но эта слобода просуществовала недолго. Ее жители пользовались множеством свобод, в частности имели право изготавливать и продавать свое вино и пиво, заниматься различными ремеслами и промыслами. Собственно, само слово «слобода» происходит от слова «свобода»; это компактное поселение людей, которое имело свое внутреннее самоуправление, тогда как другие такими правами не обладали. Жители Болвановской Немецкой слободы наладили свое мукомольное производство. Для этого они запрудили Яузу, поставили на ней мельницы, открыли множество популярных питейных заведений и вызвали своими действиями зависть коренных горожан. Москвичи стали жаловаться по этому поводу Московскому митрополиту, а тот, в свою очередь, обратился к царю и сказал, что немцы портят русских воинов, которые оставляют немало средств в немецких питейных домах. Тогда Иван Грозный разгневался, слобода попала в опалу, а позднее была сожжена и разграблена царскими опричниками.

Немецкая слобода на Басманной. Третий массовый приток немцев в Москву пришелся на вторую половину XVI века. Это были в основном взятые в плен в ходе продолжительной Ливонской войны. Только в 1564 году из Ливонии было вывезено около 3 тыс. человек, среди которых было множество мастеров различных специальностей. Именно в это время активизировались торговые отношения с Западом. В Москве появились немцы, которые открывали свои магазины и строили собственные жилые дома. И третье крупное иностранное московское поселение образовалось на левом берегу реки Яузы в районе современных Басманных улиц, улицы Радио, Кирочных переулков и вокруг бывшего ручья Кокуй. Официально слобода называлась Новоиноземской. И хотя в ней жили представители множества национальностей (шведы, англичане, поляки и т.д.), большинство жителей были выходцами из немецких земель. Поэтому вскоре москвичи прозвали эту слободу Немецкой. Несколько раз по разным причинам слобода исчезала, а жители ее разбегались по всей Москве. На протяжении 30 лет – во время Смуты и почти все время правления первого царя рода Романовых Михаила Федоровича – на этом месте были пустыри, поля и огороды. И только при царе Алексее Михайловиче, во второй половине XVII века эта слобода вновь возродилась. При Петре I эти места были самым притягательным местом в Москве для иностранцев, и особенно немцев, на протяжении нескольких столетий. Да и сами правители государства, начиная с императора Петра Алексеевича и до Александра I, предпочитали жить именно здесь.

Немецкая слобода на Покровке. Во времена правления царя Михаила Федоровича Романова многочисленные иностранные граждане в Москве получили право селиться там, где им представлялось удобным. Одним из таких мест оказалась территория в районе Покровки, Маросейки и Поганых (Чистых) прудов, где немцы и другие иностранцы предпочитали строить свои дома вплоть до революции 1917 года. В этих местах с 1817 года располагается главная лютеранская церковь России – Евангелическо-Лютеранский Кафедральный Собор святых Петра и Павла. Эта местность и сейчас хранит воспоминания о многих представителях немецкой национальности.

Немецкое кладбище на Введенских горах. Еще один массовый приток иностранцев в Россию был вызван двумя манифестами императрицы Екатерины II 1762-1763 гг. Это документы дозволяли переселенцам «селиться в разных губерниях по их выбору, их правах и льготах». К началу ХХ века, за полтора столетия, число немцев, проживающих в России, достигло почти двух миллионов. Они внесли неоценимый вклад в науку, культуру, искусство и экономику страны. Но годы шли, одни люди умирали, другие рождались. В конце XVIII века во время эпидемии чумы на берегу реки Синички на Введенских горах открылось Иноверческое кладбище, на котором стали хоронить людей не православного вероисповедания: католиков, лютеран, протестантов, представителей англиканской веры. Большинство из них были выходцами из немецких земель, оттого и кладбище получило в народе название Немецкое. Оно стало местом последнего упокоения выдающихся жителей Москвы.

Ненависть и забвение. К началу Первой мировой войны немецкая диаспора в Москве занимала ведущие позиции в экономической, производственной и банковской сферах. Война наложила тяжелый и неизгладимый отпечаток на судьбы давно уже обрусевших выходцев из Германии. Многие из них родились в России и считали ее своей родиной, будучи немцами только по происхождению; они стали принимать православную веру, чтобы хотя бы этим способом оградить себя от преследований и погромов. Для облегчения собственной участи и жизни членов своих семей многие из них, давно уже жившие в России, но еще не принявшие российское подданство, начали обращаться к властям с просьбой о его получении. В 1914 году правительство России издало ряд так называемых «ликвидационных законов». Это были меры, направленные на практическое уничтожение российских акционерных обществ, в состав которых входили подданные воюющих с Россией государств, или даже тех, где членами или акционерами были российские граждане, имеющие немецкие или австрийские корни. В результате многие акционеры вынуждены были срочно продать свое членство или целые общества российским подданным русского происхождения. После этого многие из них покидали Москву, некоторые же члены их семей оставались в городе, в надежде на лучшие времена. В дальнейшем, в 1920-е годы, большинство из оставшихся в Москве немцев, стараясь защитить себя и своих потомков от преследований, меняли фамилии на русские. Однако это помогало не всегда, и многие немцы оказались выселены в Сибирь, направлены в так называемые «пункты заключения для иностранцев» или расстреляны. Последняя волна ненависти ко всему немецкому прокатилась по стране во время Второй мировой войны. Из московских краеведческих материалов практически полностью были вычеркнуты сведения о какой-то немецкой сопричастности к городской жизни. Народная ненависть проявлялась в вандализме по отношению к надгробиям с немецкими надписями на Введенском кладбище.

Возрождение. Многие россияне, в чьих жилах текла кровь немецких предков, только в наше время получили доступ к историческим архивам, смогли узнать и создать родословную своих близких, возродить истинные имена и фамилии, восстановить заброшенные могилы. Благодаря свободе информации и изменению отношений в обществе открылись неизвестные страницы из жизни российских немцев и тех граждан страны, которые в советские годы вынуждены были скрывать свое прошлое.

читать далее